8 (496) 52-49-983
8 (496) 52-41-148

Клубы

Клуб любителей классической музыки

Руководитель клуба — Григорий Ефимович Карнаух.

Заседания клуба проводятся каждый последний понедельник месяца в Большой гостиной Дома ученых.
Более подробная информация о предстоящих мероприятиях Клуба в разделе Афиша.

Приглашаются все желающие!

 

 Подробнее о клубе

 «Черноголовкая газета» №40 от 2 октября 2014г.

Клуб № 1, или классика в душе и на виниле
Послушать классическую музыку в записи приглашает Большая гостиная

...Тихий концертный зал, старый проигрыватель, виниловая пластинка и краткое вступительное слово Григория Ефимовича Карнауха. Вот они истинные любители Музыки. Бескорыстные, потому что находят время, откладывают все дела и собираются вместе — просто, чтобы послушать Музыку. А он — обычный волшебник нашего времени, основатель Клуба филофонистов. Научный сотрудник Института проблем химической физики, книголюб, энциклопедист, кандидат в мастера спорта по шашкам и просто добрейший человек, да еще одессит с искрой колоритного юмора, — Григорий Ефимович всегда найдет, чем удивить! Достанет из своей домашней сокровищницы-фонотеки нечто особенное, редкое, настоящее…. Так, что душа услышит и откликнется!
29 сентября в Большой гостиной состоялась первая встреча Клуба любителей классической музыки в новом сезоне. А накануне в уютной квартире Г.Е.Карнауха, где на стеллажах «дремлют» десятки книг и пластинок, мы немного «стряхнули пыль» с Черноголовского Клуба филофонистов и его ветви — Клуба любителей классической музыки и вспомнили, как все начиналось. По картотеке членов Клуба, кстати, историю Черноголовки можно читать как по нотам. Вот, где её люди, ее соль.

— А знаете ли Вы, что наш клуб был зарегистрирован под номером № 1 в Москве? — для затравки спрашивает Григорий Ефимович.
— Нет, конечно, расскажите!
— Тогда по порядку. Когда я приехал в Черноголовку, у меня на руках уже был небольшой багаж — около 200 пластинок. «Клуб» родился в феврале 1969 г., в общежитии. Аня, сейчас моя супруга, давала проигрыватель, а я — пластинки. Как достану новую — прокручу ради удовольствия соседям. Я знал, что в Москве существовало знаменитое Всесоюзное общество филофонистов (ВОФ). Пришел. Записался. Одним из безусловных плюсов этого дела было то, что во времена жестокого дефицита, московское отделение ВОФ устраивало продажу достаточно хороших пластинок для своих членов. В магазине пластинка с зарубежной эстрадой в то время продавалась за 2 руб. 15 коп. — это если найдешь. А с рук — рублей за 20! Конечно, нам, простым любителям, удобнее было добывать пластинки через Общество. Поскольку съезжались за ними со всех концов Москвы и области, было ясно, что лучше организовать работу через местные объединения.
— А как же Вы в Черноголовке близких по духу нашли?
— О, здесь было целое сообщество энтузиастов, многие из них, также как и я, были членами Московского отделения ВОФ. Они все и решили. Я сидел дома, когда они устроили собрание и постановили организоваться в Клуб. Избрали членов Правления, а председателем выбрали меня. Без меня (смеется). Мы подали документы, и оказалось, что успели раньше всех, даже московских организаций. Нам присвоили № 1 и дали название «Черноголовка», а вот знаменитый Клуб филофонистов Физического института им. П.Н.Лебедева РАН (ФИАН), например, стал всего лишь № 5.
— И Вы сразу стали популяризировать классику?
— Трудно представить, но в то время в магазинах пластинки с классикой продавались «в нагрузку» к чему-нибудь более популярному. Хотя у нас в Черноголовке именно классическая музыка являлась основой существования Клуба. У нас было организовано три направления: первое — эстрада, второе — джаз и третье — классика.
Эстрадой занимались такие замечательные люди, как Евгений Полианчик, Леонид Бучацкий… жаль, сейчас не всех вспомню. Из эстрадного направления родился Молодежный клуб — будущий КДЦ «Гамма» Нины Николовой, и группа «Вечный двигатель», которой руководил Александр Жарков.
Джаз — им у нас очень многие увлекались, взял на себя настоящий знаток Валерий Петрович Кисель (н.с. Института физики твердого тела РАН)! Третье направление — классическое, или Клуб любителей классической музыки, сначала возглавлял я, потом его передали Марине Ивановне Лебедевой (работала в математическом отделе ИПХФ РАН, сейчас живет в США) и Михаилу Арсеньевичу Фадееву (с.н.с. ИПХФ РАН), потом снова мне… С самого начала нас, еще при регистрации, оформили при Доме ученых, и в Большой гостиной благополучно мы пребываем до сих пор.
— А какие пластинки были тогда самыми редкими, за чем «гонялись»?
— Конечно, за джазом, западной эстрадой: Джо Дассен, Челентано, «Партита», «Битлз», «Модерн Токинг», «Ролинг стоунз»… Расклад приблизительно был такой: к пластинке Челентано прилагалось в нагрузку несколько пластинок классики. А мы Челентано возили коробками. Надо сказать, что аппетиты у нас были большие — клуб постепенно разросся и объединял более 100 человек. Снабжение было регулярное: в московском отделении ВОФ, в московском и ногинском магазинах «Мелодия»; и иррегулярное — в других магазинах, плюс еще клубное участие в подписке.
— Неужели и в Ногинске Челентано можно было купить?
— В Ногинске мы подружились с директором магазина «Мелодия». Звали её Галина Анатольевна. Мы помогали ей формировать заказ на классику по каталогу и сообщали о новых, интересных поступлениях в Москве. Она всегда старалась привезти в магазин лучшие пластинки. Клуб покупал классики столько, сколько было нужно, а эстрадно-дефицитные пластинки — сколько могла дать Галина Анатольевна. Таким образом, мы могли продавать в Черноголовке пластинки всех жанров и по госцене. С нами она пошла на контакт, потому что увидела, что не спекулянты — глаза другие.
— А вообще со спекулянтами были проблемы?
— Судя по слухам, они в Черноголовке не крутились — невыгодно было.
А у нас все было строго. Мы регулярно отчитывались перед Москвой о работе. Продавали по 1 шт. в одни руки и вписывали в личную карточку. Член правления клуба — Евгений Андрианович Рябцев — заведовал доставкой пластинок, машину брали у кого-нибудь из членов клуба. Заседания проходили один раз в месяц. На них принимали новых членов. Один раз был такой анекдот. Обсуждали как-то после заседания «новеньких». Вот, говорит кто-то, в этот раз хороших девушек приняли. А ему в ответ: «Между прочим, одна из них — моя теща!»
— Я слышала, что Клуб филофонистов часто помогал Дому ученых в организации мероприятий?
— Скорее на пересечении наших интересов в музыке возникали зигзаги интересных встреч и событий. Например, мама одного из наших участников — Игоря Чернушевича — была ученицей органиста, профессора консерватории Леонида Ройзмана. Он в том время был председателем органной комиссии СССР, и очень рекомендовал в Черноголовке поставить маленький орган, чешский. Или вот еще. У меня был коллега в институте — Карл Сумманен, по его словам, он был знаком с сестрой Альфреда Шнитке. Хотите верьте, хотите нет, но с его помощью мы пробили встречу со Шнитке в Большой гостиной. Кстати, когда Дом ученых организовывал концерты, мы старались найти пластинки с записями этих артистов и люди с удовольствием покупали их для автографов.
— Как проходили заседания Клуба любителей классической музыки в золотые времена?
— У нас сложилась своя, замечательная атмосфера. Достаточно сказать, что одно время вечера вел пианист, выпускник Московской консерватории, преподаватель черноголовской Школы искусств Игорь Борисович Бекетов (сейчас живет в Германии), прекрасный музыкант. У него был цикл «Создание оперы» — сам он увлекался оперой и собирал записи с 12 лет! Это благодаря ему в те годы мы узнали имена Николая Гедды, Марии Каллас, Виктории де лос Анхелес, Терезы Берганца, Джоан Сазерленд, Биргит Нильсон и других выдающихся вокалистов… Многие вечера проводил Слава Горбатый и, конечно, Владимир Игоревич Евреинов. Он очень увлекался русскими композиторами, был большим почитателем Свиридова, даже писал о нем статью. Как его не стало, мы в Клубе каждый год проводим вечера его памяти…
— Можете назвать некоторые фамилии членов Клуба?
— Вера Седых, Виталий Кольтовер, Нина Волкова, Миша Дроздов, Женя Нутельс, Коля Мозжухин, Саша Кузнецов…. Я, конечно, сейчас не всех вспомню! Когда началась Перестройка Клуб филофонистов потихоньку заглох.
— … по понятным причинам.
— Но у нас в Черноголовке люди особые. Наверное поэтому Клуб и выжил. Сейчас нас немного, редко, когда до 10 человек приходит. Но мы не расстраиваемся. Пусть народ ходит как может. Даже в Москве на встречи Клуба филофонистов приходит не больше 50 человек. Вот и сопоставьте!

Мы приглашаем всех членов прежнего черноголовского Клуба филофонистов и Клуба любителей классической музыки — поделиться своими воспоминаниями.  Пишите нам на электронную почту dom.uch.chg@gmail.com. Может с этой летописи и начнется новая страница в его истории!

 

Интервью Елены Пылаевой